письма одного королевства-21

[wolfox]

c неба пышет гиблым жаром, жухнет сад, желтеет поле, и воды не допроситься от потресканной земли. это все Владыка Юга свой табун пустил на волю, погулять пустил на волю злых пустынных кобылиц. кобылицы вороные яркоглазы, огнегривы, их дыханье - мертвый ветер, и копыта их легки. ходят, ходят кобылицы по посевам, над обрывом, обжигают нашу пашню, реки сушат в ручейки.

у Алайи-пастушонка ноги быстры, руки ловки, раз тебе уже шестнадцать - так отваги на века! даст сестра еды в котомку, мать проводит добрым словом, отправляется Алайя Деву Севера искать. Дева Севера - царица снежных вихрей, узких фьордов, стад оленей в мерзлой тундре и обломков острых льдин, скакуны у юной Девы - белоснежны, дики, горды, на хвостах приносят грозы, бури, грады и дожди.

долго ль, коротко ль дорога вьется змеем, льется песней, дом остался за туманом, а тропинка далека. он нашел конюшню Девы, отпустил коней небесных, да повел их в наши земли, оседлавши вожака. злится Дева Ледяная над бесценною утратой, только кони разбежались - не согнать, не приручить, не поймать арканом гибким, не созвать домой обратно...
... тучи тянутся к деревне, гром рокочет и ворчит.

кобылицы, испугавшись, ускакали прочь в пустыню, дождь пролился на посевы, долгой засухе конец. а Алайя - что Алайя? путь ему неблизкий, длинный, кто свою седлает бурю - тот навеки связан с ней. говорят, на переломе летней ночи, в праздник пашни, он спускается на землю, ходит с нами, между нас. дверь конюшни этой ночью оставляют нараспашку - чтоб зайти сумел Алайя, накормить сумел коня.

кто отважен этой ночью - спит один в стогу у воза, что увидит - не расскажет, только руки чуть дрожат... ходят, ходят над рекою вихри, засухи и грозы - оседлай любую, парень, если сможешь удержать.